Весть о том, что мой коллега по университету Петька Корольков стал крутым, дошла до меня не сразу. Краем уха я слышал, что он здорово продвинулся по части бизнеса и где-то за городом отгрохал себе шикарную фазенду. Но о подробностях его взлета я не знал, если бы не помог случай.
— Ты что, козел, машины не видишь?! — раздался грозный окрик из окна черного «Мерса», затормозившего у самых моих ног на зебре пешеходного перехода.
— Петь! Неужто ты?! — развел я в стороны руки, принимая в объятия бросившегося ко мне человека.
— Витек! Ну, разве можно так по дороге шарахаться! Недолго и под колесо угодить, — снисходительно бурчал Петька, похлопывая меня по плечу. Он открыл дверцу и затащил меня в машину.
— Но ты же на красный пер! Тоже мне, водила, — оправдывался я, разглядывая Петьку, который из вихрастого, худосочного студента превратился в солидного мужика в черной кожаной куртке с массивным золотым перстнем на пальце правой руки.
— Разве? А я и не заметил. Тогда пардон, старик, — Петька нажал на газ, и машина плавно тронулась.
— Хорошо, что рядом мента не оказалось, а то пришлось бы потрясти карманом. Петька закурил и оценивающим взглядом, казалось, ощупывал меня. Мой потрепанный костюмчик явно шокировал его.
— Ну, рассказывай. Где ты и что творишь? — пустил он сизое колечко дыма.
— Я? Все там же. В лаборатории у Романа Денисовича...
— А-а-а. У нашего Энштейна? И далеко продвинулся? Небось, уже на Нобелевскую кропаешь? — насмешливо округлил губы Петька, как это он обычно делал, подтрунивая над сокурсниками в нашей «Обители знаний».
— Куда там. Еле на кандидатскую вырулил. Хотя тема и актуальна, но сейчас такое время: не подмажешь, не поедешь...
— Это точно...
— Ну, а ты где? По упаковке и тачке вижу, что преуспеваешь, — дернул я за рукав его куртки.
— Я? Да так. Кручусь...
— И все же? — я с завистью посмотрел на бывшего коллегу.
— Продвинулся я, брат, по части науки нежной, которую воспел Назон, — хмыкнул Петька и тормознул у очередного светофора. — Тебе куда?
— Да, собственно, никуда. Сегодня у меня окно...
— Тогда давай отметим встречу. У меня за городом небольшой пентхауз. Махнем? — его голубые глаза блеснули прежним мальчишеским азартом.
— Гм... Как-то неудобно, старик. Я совершенно пустой, — вывернул я левый карман брюк.
— Брось! Я угощаю. Наука сегодня не в моде. Я знаю. Погнали? — он нажал на газ, и машина стремительно понеслась по черному полотну асфальта. Вскоре дорога побежала по загородным холмам. Я почувствовал, что мое бренное тело жаждет освободиться от излишней жидкости и попросил остановиться
Петька с любопытством глянул на мой орган, далеко выступающий из кулака, и завистливо заметил:— А у тебя «шланг» ничего. Недаром за тобой университетские девчонки табуном бегали...
— Это «Ничего» в боевом состоянии чуть-чуть до четверти метра не дотягивает, — с гордостью ответил я и, стряхнув капли, спрятал свое диво в штаны.
— С таким богатством и прозябаешь?! — Петька хлопнул меня по спине и подтолкнул к машине.
— Ты о чем? — не понял я.
— Зарплата у кандидата наук сегодня, чай, не миллион. Не так ли? Да и Нобелевская премия, как я понял, пока перед тобой тоже не маячит, — проникновенно ответил он.
— Куда там...
— Во! Стало быть сам собой напрашивается вывод: нужен дополнительный заработок и желательно такой, чтобы не считать медяки в кармане, а?
— Неплохо бы, — кивнул я, чувствуя, как в его словах зазвучали деловые нотки. — Но где же взять эту синекуру? — тяжко вздохнул я.
— Подумаем. Обсудим. Вот мы и приехали, — ответил Петр и повернул машину на узкую дорожку, бегущую к зеленым железным воротам, за которыми громоздился помпезный, трехэтажный дом. Ворота сами разъехались в стороны, и машина замерла у крыльца.
— Ничего себе хатынка! — я восторженно обозревал домовладение друга.
— Не люкс, но жить можно, — усмехнулся тот и подтолкнул меня к двери.
... Посидели мы крепко. Я давно не ел деликатесов, а «Смирновскую» пил только в прошлом году на симпозиуме в Швейцарии, на который мы ездили с шефом. Мои скромные научные труды там кое-кого заинтересовали, но кроме туманных обещаний дело пока не шло. А тут такой неожиданный обильный ужин и откровенные намеки на успешное сотрудничество. Дополнением к столу была его молодая жена Зина, тонкая, как тростинка, блондинка, с вздернутым носиком и бездонной голубизной глаз. Она была — само обояние.
Мы курили у телевизора, на экране которого медленно раздевались заморские дивы.
— Что за фильм? — не понял я.
— Пентхауз. Видиокассета...
— Хороши девчонки. Мне б такую, — шепнул я на ухо Петьке, кинув на Зину мимолетный взгляд. Та сделала вид, что не услышала. Она убирала посуду со стола и вскоре ушла на кухню.
— Такие тебе пока не по карману. Пока... , — пустил он в потолок сизое колечко дыма и продолжал: — Если хочешь хорошо подработать, то я помогу, но при одном условии.
— Каком? — насторожился я, внезапно почувствовав накинутую петлю на шее.
— Гробовом молчании о тех, в круг которых я тебя введу. Это очень солидные люди, которые в излишней рекламе не нуждаются. Усек?
— Конечно. А в роли кого я буду выступать?
— А там посмотрим, — Петька так пристально посмотрел на меня, что я почувствовал, как «мурашки» побежали по телу. Такое чувство, наверное, испытывает кролик перед тем, как быть проглоченным удавом.
... Как я очутился дома, вспоминал с трудом. Голова гудела, как медный колокол. Я вчера здорово надрался.
Помню, как какие-то мужики тащили меня в машину, куда-то везли, а потом перед глазами мелькнул укоризненный взгляд жены, и я провалился в темную пропасть небытия.
... Дни шелестели страничками календаря. На работе меня грызла зубастая скучища, омрачаемая еще и отсутствием зарплаты. Эти резвые мальчики в верху решили сэкономить и на науке. Жена уже не знала у кого еще можно перехватить хотя бы на бутылку кефира, поставив перед мной вместо ужина стакан молока с черствым куском хлеба. Кляня судьбу и тех мерзавцев, которые организовали этот долбанный кризис, я только поднес к губам стакан, как зазвонил телефон.
— Витек? Ты куда пропал? Почему не звонишь? — раздался бодрый Петькин голос.
— Это ты пропал. Я тогда так нализался, что не запомнил номера твоего телефона и на мобильник его не занес. Да и неудобно самому набиваться, — обидчиво выговаривал я другу.
— Да брось ты! Мы же друзья. Короче. Хочешь хорошо заработать?
— Кто не хочет, когда сидит на мели...
— Тогда вечером, часам к девяти, дуй ко мне. Дорогу найдешь?
— Прости, Петь. Но у меня даже на автобус бабок нет, — хмыкнул я.
— Ты че, старик, совсем охринел?
— Загибаюсь вместе со своей наукой.
— Ладно. В восемь за тобой заскочит тачка. Там такой худощавый парнишка. Жди...
Трубка запикала, а я все держал ее у уха и не верил, что только что меня вытащили из омута безысходности, бросив внезапно этот спасательный круг.
... Гостеприимный хозяин встретил меня на крыльце. Он обнял меня, похлопывая ...
Обсуждение рассказа
Добавить комментарий
Комментарий появится на сайте после проверки модератором.